Саймон Уильямс всегда мечтал о свете софитов, но судьба приготовила ему роль, которую не напишешь в голливудском сценарии. Наследник империи по производству оружия, он оказался в тени более успешного брата, влача существование актёра второго плана в бесконечных мыльных операх. Его жизнь напоминала дешёвый ситком — predictable, с плоскими шутками и очевидным финалом.
Всё изменилось, когда конкурент семьи, коварный барон Земо, предложил Саймону «сделку». Земо, чьё коварство могло бы сделать честь любому продюсеру с Уолл-стрит, пообещал молодому Уильямсу славу и силу. Взамен — предательство. Саймон, отчаянно желавший вырваться из роли вечного статиста, согласился. Так, в лучших традициях голливудского «преображения монстра», он получил невероятные способности, став живым ионным аккумулятором.
Но голливудский троп «злодей на час» дал сбой. Столкнувшись с Мстителями лицом к лицу, Саймон не смог играть роль бездушного злодея. Он увидел в них не мишени, а команду — своеобразную «творческую группу», где у каждого была своя незаменимая роль. Это был его звёздный час, момент истинного кастинга. Он перешёл на сторону героев, сменив чёрно-белый костюм антагониста на красно-золотые тона главного героя. Он стал Чудо-человеком.
Его дальнейшая карьера в Мстителях — это pure Hollywood satire. Он обрёл славу, о которой мечтал, но в совершенно неожиданном амплуа. Он снимался в блокбастерах о самом себе (критики разнесли их в пух и прах), запускал линейку мерчандайза и даже пережил период «творческой смерти» — буквально, чтобы потом эффектно воскреснуть, как это делают культовые франшизы. Его сила, зависящая от уверенности в себе, делала его самым нестабильным «актёром» в команде: сегодня — суперзвезда, завтра — статист без энергии.
История Саймона — это язвительная пародия на саму суть Голливуда. Это история о вечном поиске признания, о том, как легко продать душу за хорошую роль, и о том, что истинный героизм часто начинается тогда, когда ты перестаёшь играть по навязанному сценарию. Он так и остался актёром, но его главной ролью стала попытка быть собой в мире, где все носят маски. И в этом его самое большое чудо.
