После долгого отсутствия Юрий Брагин снова оказался в Петербурге. Год работы в составе специальной группы позади — расследование было сложным, дело получило широкую огласку. Теперь можно передохнуть, вернуться к привычному ритму. Но едва он переступил порог своего кабинета, как узнал новость: Вадим Мальцев, много лет возглавлявший Первый следственный отдел, собирается на пенсию. Коллеги в коридорах перешептываются — вероятно, именно Брагину предложат занять освободившееся кресло.
Юрий никогда не гнался за должностями. Начальственный пост с бумагами, отчётами и совещаниями его не прельщает. Гораздо ближе ему живая работа — выезды на места, встречи с людьми, тонкая, почти интуитивная работа с деталями. Расследование для него не просто служба, а дело, в которое он погружается полностью.
Поэтому, когда уже через несколько дней поступило новое задание, Брагин почти обрадовался. Командировка в один из небольших городов Ленинградской области. Там произошло два убийства — с разницей в неделю погибли две молодые женщины. Местные жители в шоке, тихий до этого городок охвачен страхом и непониманием.
Приехав на место, Юрий быстро понял основную сложность. Городок маленький, люди здесь знакомы друг с другом если не лично, то в лицо. Все на виду, каждый шаг становится предметом обсуждения. С одной стороны, это могло бы помочь — кто-то что-то видел, слышал. С другой — в тесном кругу часто боятся говорить, не хотят высказывать подозрения в адрес соседей или знакомых. Страх мешает, а тишина может скрывать важные детали.
Брагин начал с самого простого — с разговоров. Не как следователь с протоколом, а как человек, который пытается понять, что здесь происходит. Он общался с родными погибших, с соседями, с работниками местных магазинов. Каждое слово, каждая реакция имели значение. В таких местах преступник редко бывает чужим — скорее всего, он свой, тот, кого все знают и кому доверяют. А это значит, что раскрыть дело будет особенно трудно. Но именно такие задачи всегда заставляли Юрия работать на пределе внимания, искать те нити, которые другие могли упустить.
